Подписка

Подписной индекс в каталоге «Роспечать» 84120

«Стадо под нож или банкротство»: 5 причин молочного кризиса в Татарстане

«Стадо под нож или банкротство»: 5 причин молочного кризиса в Татарстане
7 февраля 2018

Хитрые белорусы, жадные молокозаводы, биржевые игры или честные гостендеры: из-за чего закупочные цены рухнули почти на четверть?

Производители молока Татарстана бьют тревогу: закупочные цены рухнули так низко, что не все переживут этот год. Не легче и переработчикам: их склады под завязку забиты маслом, сыром и сухим молоком, при этом спрос не растет, а на пятки наступает Беларусь с дешевым молочным порошком. Общероссийская беда ударила по республике особенно больно, но пока все, что могут предложить власти Татарстана, — разовые выплаты ЛПХ: по 2 тыс. рублей на корову и 1 тыс. — на козу.


СТРАННАЯ ЗИМА

«Уже более 5 рублей меньше, чем в прошлом году. Это очень серьезно, мы ежемесячно полмиллиарда денежной выручки недобираем!» — заявил возмущенно министр сельского хозяйств и продовольствия РТ Марат Ахметов на январской коллегии Россельхознадзора и управления по ветеринарии. Позже он уточнил, что в январе денежная выручка от реализации молока у сельхозпредприятий республики по сравнению с тем же периодом прошлого года стала примерно на 400 млн рублей меньше. «Хотя начало 2017 года, возможно, было рыночным всплеском закупочных цен», — отметил он в прошлую пятницу на республиканском совещании в кабмине.

Ситуация на молочном рынке Татарстана и правда пугающая. В течение декабря–января на большинстве молкомбинатов республики закупочная стоимость молока упала приблизительно с 27–28 до 22–23 рублей за килограмм. При этом цены на молоко в магазинах и не думают снижаться. Напротив, если в январе 2017 года литр цельного пастеризованного молока (2,5–3,2% жирности) стоил 40,9 рубля, то в январе 2018 года — 44,3 рубля за литр. Стерилизованное молоко и вовсе стоит в районе 60 рублей.

Согласно данным, опубликованным на сайте минсельхозпрода РТ на 26 января 2018 года, самое большое падение закупочных цен замечено на принадлежащем Марату Муратовумамадышском маслосырзаводе ООО «Азбука сыра». Если в январе 2017 года молоко там закупали по 28,1 рубля за кг, то в январе 2018 года цена упала до 21,3 рублей за кг, или на 24% (минус 6,8 рубля за кг). На 22% вниз пробили цену дети Вагиза Мингазова, которые владеют молзаводами в Арском и Балтасинском районах (ООО „Арча“) — до 21,65 рубля за кг. Для сравнения, год назад Мингазовы покупали молоко по 27,7 рубля. На 19% — до 23,1 рубля за кг снизилась закупочная цена на „Алабуга соте“ (минус 5,5 руб.), на 18% — до 23,3 рублей — на Зеленодольском молкомбинате, близкому к „Ак барс Холдингу“ Ивана Егорова (минус 4,2 руб.). Самое скромное снижение из „большой пятерки“ молокопереработчиков Татарстана — на 12% — замечено на филиале МК „Эдельвейс“ (принадлежит международной группе Danone): молоко там закупают сейчас по 24,6 рубля (минус 3,5 руб за кг). Нужно отметить, что на эту пятерку производителей приходится 75% всей молокопереработки в республики, то есть их влияние на цены и положение дел в животноводстве определяющее.

В абсолютных ценах самая высокая закупочная цена на молоко у „Эдельвейса“, а самая низкая — у ООО „Слобода“, которому принадлежит Новошешминский завод СОМ (принадлежит Николаю Козлову, бывшему заместителю мэра Нижнекамска). Средняя закупочная цена по предприятиям составила 22,3 рубля, тогда как год назад она составляла 27,88 рубля, то есть снизилась на 5,57 рубля, или на 20%.

По факту сегодня, в разгар зимы, цены даже ниже летних. К примеру, 23 августа 2017 года мамадышский завод Муратова закупал молоко по 21,8 рубля за кг, а дети Мингазова и вовсе давали по 22,18 рубля за кг, средняя цена по РТ при этом составляла 22,5 рубля за кг. А ведь обычно все бывает наоборот: летом в период „большого молока“ цены немного падают, но вновь повышаются в зиме, когда и надои снижаются из-за холодов, и зимнее содержание животных обходится гораздо дороже. Так, в январе 2016 года средняя закупочная цена в Татарстане составляла 27,8 рубля за кг молока.

 „ЧТО ИХ ЖДЕТ? ТИХОЕ БАНКРОТСТВО...“

Татарстан не единственный регион, столкнувшийся с „молочной аномалией“. Похожая ситуация складывается и у соседей по ПФО: в январе 2018 года самая высокая цена сложилась в Башкортостане (23,9 руб), самая низкая в Чувашии (20,9 руб.), у остальных соседей они колеблются в этом диапазоне. В целом, закупочная цена на молоко снизились в 20 российских субъектах.

Но по республике ценовой кризис бьет особенно больно. Татарстан считается лидером в России по объемам производства молока, всячески стремится нарастить поголовье КРС и стимулирует граждан и фермеров развивать молочное животноводство. В республике более 1 млн голов КРС, за 2017 год было произведено 1,8 млн т молока, рост по сравнению с 2016 годом составил 2,8%. Именно поэтому первый замминистра сельского хозяйства РФ Джамбулат Хатуов 19 января на совещании в режиме видеоконференции уделил особое внимание Татарстану. Он поручил минсельхозу РТ принять меры для увеличения закупочных цен хотя бы до среднероссийских показателей — 25 рублей за килограмм. Но сказать — проще, чем сделать...

Неудивительно, что в молочных хозяйствах республики царят упаднические настроения. У многих сельхозпроизводителей возникают мысли, как это случилось несколько лет назад, — вырезать ставших неприбыльными буренок.

«Но нужно учитывать то, сколько было потрачено времени и сил, чтобы увеличить количество коров и стабилизировать поголовье... Государству надо строить агроэкономическую политику таким образом, чтобы заниматься молоком было выгодно! Но этого не происходит», — возмущен председатель ассоциации фермерских хозяйства РТ Камияр Байтемиров.

Проблемы с реализацией молока особенно болезненны на фоне бед, вызванных рекордным урожаем. По словам председателя ассоциации, фермеры уже говорят о том, что если зерно так и не продастся, то на следующий год часть пашни засеивать не будут. Кроме того, сельчанам надо закупать удобрение, горюче-смазочные материалы, стоимость которых тоже постоянно «кусается». «Не было ни дня, чтобы фермеры не звонили, не выражали свое беспокойство, — признает эксперт и тут же добавляет. — Что их ждет в такой ситуации? Тихое банкротство...»

Бьет тревогу и зампредседателя аграрного комитета Госдумы Айрат Хайруллин в колонке для нашей газеты: «Летом может пройти волна банкротств предприятий. Для достижения стабильных результатов нужно достичь закупочных цен на уровне 30−32 рублей за литр молока высшего сорта при жире 4,1 процента, белке 3,3 процента», — указывает депутат.

Мрачный сценарий допускает и гендиректор УК «ЗМК» Артур Егоров: «Личные подсобные, или небольшие фермерские хозяйства вполне способны пустить корову под нож, если содержать ее станет не выгодно. Но не надо забывать, что у нас все личные подсобные хозяйства (ЛПХ) и так сдавали молоко по более низким ценам. Прежде всего потому, что работа у ЛПХ не выстроена должным образом. Она целиком в руках трейдеров. Как следствие — и качество молока „хромает“, объемы небольшие, и цены низкие. Что касается крупных хозяйств, которые собственно и формируют „повестку дня“ на молочном рынке, то какое-то время они будут держаться. Но когда колхозам будет нечем платить зарплату, налоги, когда „ребром“ встанет вопрос о проведении посевной или уборочной, деваться будет некуда. Либо пускать стадо „под нож“, либо – банкротство», — считает Егоров.

ОБЪЯСНЕНИЕ №1: «ДОХОДНОСТЬ ПЕРЕТЕКАЕТ В ПЕРЕРАБОТКУ И РОЗНИЦУ»

Самое простое объяснение – теория заговора. Переработчиков, крупных холдингов, посредников, торговых сетей и т.д. «Государство является гарантом развития, чтобы сельское хозяйство не разваливалось. А в итоге рынок молока находится под контролем у крупных агрохолдингов. Они начинают диктовать свои условия и цены», — возмущается Байтемиров. 

Не скрывает раздражения и Хайруллин. «Цены на готовую продукцию на полках магазинов растут, общие объемы продаж молочной продукции в магазинах сохраняются, лишь смещаясь от производителя к производителю. Это говорит о том, что доходность сельхозтоваропроизводителей снова перетекает в переработку и розницу», — прозрачно намекает депутат в письме в правительство РФ, направленное им еще в конце 2017 года.

С тем, что в более выгодной позиции оказались холдинги, не спорит и гендиректор АО «Агросила» Светлана Барсукова, но это связано с объективными факторами, указывает она:«Если и производство сырья, и производство готовой молочного продукта находится в одной производственной цепи, то конечно, это выгоднее, потому что я могу регулировать и затраты внутри своей производственной цепочки, и стоимость продукции», — говорит глава компании.

ОБЪЯСНЕНИЕ №2: «ПОСРЕДНИК НАМ НЕ НУЖЕН»

Традиционно под раздачу попали и «мироеды» — молочные трейдеры. Если владельцы крупных агрофирм могут позволить себе прямые поставки на молзавод, то молоко с хозяйств поменьше обычно собирают посредники — ежедневно они объезжают «подведомственные» хозяйства и забирают у них полученные надои. Так вот, закупочные цены на молоко в разрезе молочных трейдеров в январе 2018 года колеблются в границах от 17 до 20 рублей за кг продукта, и только в отдельных (очень редких) хозяйствах они поднимаются до 22 или даже 26 рублей за кг. Молоко у населения, которое считается более сложным в плане доставки и контроля качества, в январе 2018 года закупается в среднем по 17 рублей за кг, или на 1,5 рубля дешевле, чем год назад.

«Пусть трейдер будет, но работает правильно и понятно. Посредник нам не нужен, настоящий трейдер – да, нужен. Старайтесь работать прозрачно и понятно. Для трейдеров необходимо создать условия. Трейдер должен закупать и отправлять. Мы должны договориться и помогать ему, но он должен держать ту справедливую цену, которая должна быть. Здесь и главы районов, и министерство сельского хозяйства должны организованно работать», – поручил президент РТ Рустам Минниханов в прошлую пятницу на республиканском совещании в кабмине.

ОБЪЯСНЕНИЕ №3: «СТРАНА ЗАВАЛЕНА ИМПОРТНЫМ ПОРОШКООБРАЗНЫМ МОЛОКОМ»

Если бы вся проблема было только в чьей-то корысти или злом умысле, достаточно было бы дать кому-нибудь по шапке, и цены бы выросли. Но все не так просто. По мнению минсельхоза РТ, главный источник проблем — дешевое и малокачественное сырье, которые идет плотным потоком в Россию из Беларуси. «Страна завалена порошкообразным молоком. Тут всем миром надо навалиться для решения этой проблемы», — возмущался на упомянутой коллегии глава минсельхозпрода РТ Ахметов.

Тот же тезис министр повторил, комментируя ситуацию нашему изданию. «Ситуация такая в стране, на 42 процента больше „порошка“ (имеется ввиду сухое молоко). Это и Беларусь, и азиатские страны — через Казахстан, Беларусь завозят. У нас же единое таможенное пространство, вроде бы все закономерно.  Но, говорят, к тому же Европа много молока завозит в Беларусь на переработку. У них, видимо, решен вопрос экспортных субсидий, иначе они бы молоко по такой цене не завозили, но пока ситуация такова, — констатирует Ахметов. — У нас свое молоко как будто не востребовано, в Татарстане в виде готовой продукции накоплен объём товарного молока примерно на 1,5 месяца, этот товар залеживается на складах».

На импорт грешит и Хайруллин: «Крупные переработчики объясняют снижение закупочных цен тем, что продажи их продукции снизились из-за давления на рынок импортной продукции, поступающей из Белоруссии и Южной Америки», — пишет в упомянутом выше письме депутат. По его словам, из Беларуси молока фактически идет в 1,5−2 раза больше, чем это согласовано, и даже больше, чем там производят (то есть, видимо, не обошлось без завоза демпинговой «санкционки»).

Еще шире смотрит на вещи генеральный директор УК «ЗМК» Артур Егоров, который указывает и на общемировой тренд: «Идет снижение цен на биржевые молочные товары. К середине января 2018 года СОМ потеряло в цене более 30%, масло – 25%, сыр — 11%, сухое цельное молоко – 8%. В итоге все это и привело к падению закупочных цен на молоко».

При этом он тоже согласен, что «в страну ввезли большое количество импортной продукции», и это главная причина. По мировым меркам нынешняя закупочная цена, как это не горько звучит даже завышена: «Рынок переполнен — склады под завязку „забиты“ маслом, сыром и сухим обезжиренным молоком (СОМ). И в этих условиях мы неконкурентоспособны, ведь в Белоруссии средняя закупочная цена на молоко — 15 рублей, у нас — 22 и выше», — резюмирует Егоров.

ОБЪЯСНЕНИЕ №4: «ПОТРЕБЛЕНИЕ НЕ РАСТЕТ, А МОЛОКА СТАНОВИТСЯ БОЛЬШЕ»

Что интересно, Светлана Барсукова, проблемы дешевого белорусского молока не видит. Она считает, что этот фактор может быть актуален для России в целом, но не для нас. Татарстан относительно «чист» от этой продукции, поскольку здесь много своих сильных игроков.

Скорее, речь идет о банальном кризисе перепроизводства. Потребление населением цельномолочной продукции не растет, объясняет Барсукова, тогда как молока из года в год становится больше. Тот факт, что проблема «догнала» рынок к зиме, объясняется просто – летом переработчики сознательно работали на склад, закупая молоко в больших объемах, рассчитывая сбыть товар подороже зимой. Но просчитались и теперь не могут сбыть продукцию в полном объеме.

«На молочных заводах склады оказались затарены. Но я же не могу произвести больше, чем могу сохранить. Поэтому молочные заводы снижают свою производительность, и как следствие, снижается цена на молоко», — объясняет Барсукова.

На глобальный характер проблемы указывает и Егоров. «На самом деле проблема возникла не вчера и даже не позавчера. Еще летом переработчики, поддерживая цены на сырое молоко, работали „на склад“, производя биржевые продукты: масло, СОМ, сыры. Расчет был на продажу этих запасов зимой, когда цены традиционно растут. В это же время склады „забивались“ дешевым импортным сырьем. И вот результат: на рынке биржевых продуктов кризис, производители молока не получают ожидаемую прибыль, переработчики делают все, чтобы сохранить производство и бизнес. Все взаимосвязано, все сплелось в один клубок. Но разрубить этот „гордиев узел“ на уровне Татарстана невозможно. Это проблема всей России и решать ее нужно на федеральном уровне», — говорит Артур Егоров.

ОБЪЯСНЕНИЕ №5: ЗАИГРАЛИСЬ НА ТЕНДЕРАХ

Впрочем, есть и еще один неожиданный фактор, толкнувший цену вниз конкретно в Татарстане. Как рассказал «БИЗНЕС Online» источник на молочном рынке, пожелавший остаться анонимным, в конце прошлого года прошел ряд тендеров на закупку молочной продукции для госучреждений. После увещеваний минфина РТ власти республики проследили за тем, чтобы они прошли прозрачно. Как говорится, хотели, как лучше – сэкономить бюджетные деньги. Участники собрались крупные и играли, судя по всему, действительно, без «договорняков». В итоге молочники с непривычки попросту «заигрались», разобрав заказы по слишком низкой цене, с демпингом в 30-40% к первоначальной цене. А значит, чтобы выйти в плюс, и сырье пришлось закупать дешевле. 

Для примера возьмем первый попавшийся аукцион на поставку молока и молочной продукции для нужд бюджетных учреждений. Начальная максимальная цена контракта составила в 2,9 млн рублей, и если бы кто-то взял его по максимальной цене, то смог бы поставлять молоко (а также другую молочную продукцию, но мы здесь рассматриваем только молоко) по обычной розничной цене в 44 рубля 23 копейки. Участие в торгах приняли три крупных игрока: ЗМК, «Агросила» и молочный комбинат «Касымовский». В итоге, чтобы выиграть контракт, ЗМК снизил цену до 2 млн рублей с копейками, то есть на 30%. Механический подсчет показывает, что в этом случае молокозаводу придется поставлять молоко в школы и садики республики по 31 рублю за литр.

Еще один пример. Начальная цена контракта — 7,9 млн рублей, участники те же. Но тут победителем становится «Агросила», забравшая контракт за 4,6 млн рублей, то есть минус 40% от начальной цены. Наш условный литр молока в школы и садики падает еще ближе к закупочной цене — по 26,5 рублей за литр. Вот контракт с «максималкой» 2,7 млн рублей, который выиграли за 1,99 млн. (минус 30%). Получается, что при средней закупочной цене сырого молока, напомним, в 23,3 рубля, переработчику, которому молоко необходимо сырье привезти, переработать, упаковать, доставить продукцию потребителю, остается всего ничего. А контракты нужно исполнять, вот и приходится «продавливать» цену или покупать дешевое сырье за границей.

«Заводы до такой степени доснижали цену, что у них не осталось никакой маржи! — восклицает наш источник. — А бензин дорожает, услуги по логистике тоже. Все идет к тому, что скоро вообще никто не будет зарабатывать, или будут зарабатывать только те, кто сможет пролоббировать свои интересы у власти или сможет оптимизировать грузопотоки. Выживает сильнейший.... Или хитрейший».

Министр сельского хозяйства и продовольствия Марат Ахметов, к которому «БИЗНЕС Online» обратился по этому вопросу, считает, что дешевые госконтракты все-таки не могут сильно повлиять на рынок в целом. По его оценкам, закупки молока для госучреждений в общем объеме товарного молока составляют 7-10% в общем объеме. Но и это, заметим, немало.

...И ПО 1 ТЫСЯЧЕ РУБЛЕЙ НА КОЗУ

Что делать в этой ситуации. Эксперты солидарны в том, что необходимо на уровне государства установить контроль над балансом ввозимой в страну молочной продукции.

«Те же европейские фермеры имеют и дотации, и главное – четкую протекционистскую политику. Мы же, постоянно говорим, что России не хватает порядка 7 миллионов тонн сырого молока в год. И вот посмотрите – кому нужно это молоко, при таком количестве дешевого импортного сухого молока», — возмущается Хайруллин.

Также, по его мнению, в стране необходимо вводить государственные интервенции (закупки) молока по аналогии с зерновыми. Однако сегодня власти к ним не готовы, не готова и нормативно-правовая база, ее обновление планируется только к марту, поясняет депутат.

По мнению Байтемирова запретить ввоз белорусской продукции можно, но делать это уже поздно: завезенное на склады кончится еще не скоро. Среди возможных мер помощи сельхозтоваропроизводителям – решение правительства об установлении минимальной цены закупки на молоко, например, 22-25 рублей. «Но если подождать еще две недели, то и эта мера уже будет бесполезной», — тут же добавляет эксперт.

В Татарстане тем временем начали принимать свои спешные меры, чтобы хоть как-то поддержать частные подворья, где еще остались коровы. Не летом, как в прошлом году, а уже в феврале 2018 года владельцы личных подсобных хозяйств смогут получить единовременную субсидию на содержание дойных коров и коз, сообщается на официальном сайте минсельхозпрода РТ.

«Президентом Татарстана принято решение о выделении единовременной субсидии. Для тех, кто содержит одну корову, размер субсидии составит 2 тысячи рублей. Для тех, у кого в одном подворье две коровы, – по 3 тысячи, три и более коров – по 4 тысячи рублей на одну корову», – рассказал заместитель министра сельского хозяйства и продовольствия РТ Ришат Хабипов.

Смысл такой, что если у крестьянина одна корова, то молоко он и сам может по хорошей цене реализовать друзьям-родственникам-соседям или выпить сам, если же речь идет о 2-3 и более животных, то нужно уже сдавать молоко трейдерам, которые сами диктуют цену (как правило, низкую), и вот тут как раз нужна помощь государства, считают в минсельхозпроде.

Всего для этих целей предусмотрено 360 млн. рублей, из них 335 млн. пойдет на выплаты гражданам, содержащим коров в личных подворьях, остальные деньги будут выплачены тем, кто содержит дойных коз, – по 1 тысяче рублей на козу. Хабипов пояснил «БИЗНЕС Online», что это разовая субсидия, которая владельцам личных подворий выплачивается ежегодно. Всего у 65 тыс. «частников» содержатся примерно 110 тыс коров.

«Власти республики принимают очень много мер для поддержки сельхозтоваропроизводителей. У нас действуют программы, которых в других субъектах нет. Что касается поддержки ЛПХ и небольших хозяйств, это даст определенный эффект. Но это скорее тактические задачи. Стратегической задачей, как мне кажется, является обеспечение продовольственной безопасности страны. А это подразумевает наличие возможности регулирования спроса и предложения на стратегические сырьевые продовольственные товары, это зерно, молоко, сахар, мясо. Они служат основой для производства готовой продукции, обеспечения продовольственной безопасности. И такие инструменты, как интервенции или какие-то другие механизмы, обязательно должны быть», — комментирует принимаемые меры по поддержке хозяйств Светлана Барсукова.